НГ 2019
29 ноября 2018 ,  52 просмотра
Интервью
Нужна ли Екатеринбургу канатная дорога, что делать с памятником Ленину, и кто в городе важнее - автомобилисты или пешеходы. Гость: член Американского института сертифицированных специалистов по планированию Джеффри Соул.

Маргарита Балакирская: Сегодня свою точку зрения выскажет член американского института сертифицированных специалистов по планированию, профессор Джеффри Соул. Господин Соул, приветствую Вас!
Джеффри Соул: Я счастлив быть здесь в Екатеринбурге. Екатеринбург – красивый город. В нём много интересного происходит и он выглядит просто прекрасно со стороны реки. По-моему, это называется городской пруд.  
МБ: Это называется Плотинка. Вы уже выучили слово «плотинка»?
ДС: Теперь да. Плотинка. 
МБ: Вы знаете, о минусах говорить всегда просто. Разбирать минусы города проще, а вот с плюсами гораздо сложнее. Давайте тогда с плюсов начнём. Что Вам понравилось? Какие-то конкретные здания понравились?
ДС: Мне очень понравилась набережная, прибрежная зона, от которой открывается чудесный вид и там постоянно много людей прогуливается. Имеется красивые парки, красивые променады, и мне очень понравились маленькие улицы, которые проходят рядом с историческими зданиями, они создают такой контраст с большими улицами. Особенно мне понравилась улица Пушкина. 
МБ: Правильно ли я понимаю, что Вы были только в центре, а окраин Екатеринбурга пока не видели?
ДС: Я видел Екатеринбург дважды. Один раз по дороге из Перми, а второй раз по пути из Челябинска. Хотя я не выходил из машины, но я видел кое-что из пригородных районов.
МБ: И как Ваши впечатления о пригороде Екатеринбурга?
ДС: Моё впечатление – этот город весьма компактен, во-первых. А, во-вторых, я запомнил въезд из Челябинска. Мне показалось, что это такой шлюз в Екатеринбург, но впечатление о нём двойственное. Я видел много больших строений и много трафика, пробки. Это в общем-то то, о чем мы и в Америке говорим. Въезд в город должен быть красивый.
МБ: И более широкий, я правильно поняла?
ДС: Наоборот, я считаю, что въезд должен быть более интимный. Например, когда въезжаете в Вашингтон из Принстона, вы выезжаете из-под земли и въезжаете на надземную дорогу и вас как будто приветствуют. Много зелени, меньше трафика. Всё как будто говорит: «Добро пожаловать в Вашингтон!». Именно поэтому, я считаю, что въезд в город должен создавать более интимное впечатление. 
МБ: Я слушателям объясню, что Джеффри Соул постоянно живёт именно в Вашингтоне. Он очень хорошо этот город знает и, конечно, о нём говорит. Давайте вернёмся в центр Екатеринбурга. Про конкретные здания хочется спросить – как они Вам? Видели ли Вы «Пассаж», я думаю, Вам объяснили, что это такое. Какие у Вас впечатления от его облика. 
ДС: Что я заметил. В городе масса различных архитектурных стилей. Некоторые из них уходят корнями в XIX век – можно сказать это Викторианский стиль. Есть советские здания – конструктивизм. Короче говоря, огромный диапазон стилей и это делает город, без сомнения, очень интересным. 
МБ: Я-то про «Пассаж» именно спросила. 
ДС: Я, как правило, не привык критиковать отдельные конкретные здания – это не входит в мою специальность. Мне больше интересно как отдельные дома вписываются в жизнь улиц, как они оживляют эту улицу. В частности, улицы в центре города должны иметь массу входов в эту улицу, для того, чтобы люди могли входить в неё с разных сторон. Это добавляет интереса. Если какое-то здание занимает целый квартал – в нём нет каких-то входов в улицу, то это, без сомнения, не добавляет улицы жизни. Должны быть входы в отдельные магазины, в отдельные заведения. 
МБ: В целом как Вы можете охарактеризовать пространство, который занимает Площадь 1905 года прилегающие улицы. Что там плюс, а что там минус? Наверняка, ведь в центре Вы гуляли.  
ДС: Да, я там был. Мне очень нравятся большие открытые пространства, общественные пространства. И те мероприятия, та активность, которая там происходит. Площадь 1905 года произвела на меня впечатление – она менее активная в данное время года, чем, например, летом. Но тем не менее, она, конечно, очень интересная, перспективная. Во многом благодаря красивым зданиям, которые её окружают.  
МБ: На этой площади стоит парковка. Но эта парковка уже несколько лет будоражит умы горожан и у нас идут споры: убирать её или не убирать? Что делать с парковкой? Чтобы с этой парковкой сделал Джеффри Соул? 
ДС: Но только часть парковка, а часть занята статуей. Но я очень рад, что Вы подняли тему автомобилей. В Америке у нас было принято много неверных решений в том, что касается автомобилей, поэтому мы можем извлечь большое количество уроков с нашего опыта относительно того, какое место в городе должны занимать автомобили и какое место люди. 
МБ: Так. И что делать с нашей Площадью 1905 года? Оттуда убирать автомобили поганой метлой? Или оставить?
ДС: Я считаю, во-первых, что в принципе любое общественное место должно принадлежать общественности, должно принадлежать людям. В Екатеринбурге я вижу очень много парковок. Это парковки на уровне улиц, это диагональные парковки – парковки везде. И я вижу, что в этом отношении баланс смещён в сторону автомобилей в городе. Долгие годы мы строили города в Америке для автомобилей. В результате мы это и получили. Автомобили. Поэтому мы извлекли уроки и сейчас мы стараемся с этим бороться разными способами. В частности, одним из методов борьбы можно назвать повышение стоимости парковки. Мы сделали людям проще парковаться за пределами центра города, в частности, вблизи остановок трамвая и вблизи остановок электрических автобусов. Поэтому люди меньше хотят проезжать через центр города, у них меньше для этого поводов. Город делает всё, чтобы они не хотели ехать через центр. Оборудуются бесплатные парковки у трамвайных остановок, я думаю, что можно поступить как-то подобным образом. 
МБ: Может быть вообще сделать тогда полностью платным въезд в центр Екатеринбурга? Вообще любых автомобилей. Но за исключением машин скорой помощи, МЧС и т.д.
ДС: Примером такого является Лондон. Они запретили въезд в центр города. Я считаю, что этот шаг слишком экстремальный. Его сложно принять правительству, общественности. На самом деле в мире имеется мало городов, в которых полностью запрещён въезд в город. Такое сделать очень сложно. Но существуют, наверняка, какие-то более мягкие меры в которых можно убедить городских чиновников. Как правило, мои наблюдения таковы: если имеются пробки – имеются проблемы с землепользованием. Значит люди живут в одном месте, а ездить работать и шопиться в другое. Когда могло быть решение увеличить разнообразие землепользование. Повысить разнообразие землепользования в центре города. Возможно, там не хватает жилья? Возможно там просто добавить жилые кварталы. Так мы поступили в Вашингтоне. Мы встраивали жилые дома в центре и это нам помогло как-то решить проблему пробок. 
МБ: У нас в городе и не только у нас, существует такой термин – точечная застройка. Люди очень чувствительно относятся к точечной застройке и уж в центре тем более. Я думаю, что не совсем реалии для нашего центра.
ДС: Ясно что люди едут откуда-то и приезжают в центр и там паркуются. Если дело не в недостатке жилья в центре города, то возможно надо сделать анализ транспортных потоков и понять откуда этот транспорт приезжает в центр города. Вообще видно, что город перенасыщен автомобилями. И это стоит на пути большего города к великому городу. 
МБ: Даже так? Хорошо. Тогда всё-таки на кого должны ориентироваться власти при благоустройстве инфраструктуры? Это вечный спор в нашем городе. На пешеходов, на пользователей общественного транспорта или же на автомобилистов. Но про автомобилистов я уже поняла, что нет. 
ДС: Вы знаете, из работников консульства США, которые организовали мой приезд сюда, один из них ходит на работу каждый день издалека и обратно. Это возможно. Если Вы спрашиваете о том, на кого следует ориентироваться всё-таки. Я скажу, что учитывать нужно всех, разумеется. И автомобилистов, и тех, кто едет на общественном транспорте, и пешеходов. Но. Всё-таки фокус, основной упор должен быть на пешеходов и на тех, кто ездит на трамваях и электроавтобусах. Нельзя фокусироваться на ком-то одном. Мы должны соблюдать баланс. Как говорят у нас в Америке: если вы планируете город для машин, то вы получите машины. Если вы планируете город для пешеходов, то вы получите пешеходов. Естественно, я считаю, что город должен создавать благоприятную среду для пешеходов – это должны быть парковки, озеленение, общественные места и улицы. Разумеется речь не идёт, чтобы вымести автомобили из города.  
МБ: Джеффри, если честно. Вы в Вашингтоне чаще кто: автомобилист или пешеход?
ДС: Я делаю именно так, как говорю. У меня уже 20 лет нет автомобиля. Я обычно хожу или езжу на общественном транспорте. Город Вашингтон – небольшой, в нём достаточно просто ходить пешком. Люди могут жить, если они хотят, за городом или могут жить в центре города, но центр города в таком случае должен планироваться и он планируется в Вашингтоне в первую очередь под пешеходов. 
МБ: С недавнего времени у нас обсуждается идея строительства канатной дороги. Её озвучил Глава Екатеринбурга. Что Вы думаете, Екатеринбург и канатная дорога – это вообще как-то рифмуется или нет? 
ДС: Возможно я что-то не посмотрел в плане топографии города, но, мне кажется, она здесь не особенно требует какой-то канатки или фуникулёра. Тут нет каких-то крутых гор, по-моему. Куда они её поставят?  
МБ: God knows, Джеффри.
ДС: Не поймите меня неправильно. Я большой поклонник канаток и фуникулёров. Но в мире есть всего несколько городов, в которых топография благоволит ведению именно такого вида транспорта. И, по-моему, Екатеринбург не один из них. Первая проблема. Что за задачу будет решать эта канатная дорога, а, во-вторых, сколько она будет стоить, и, в-третьих, каковы её ценность в сравнении с какими-то другими задачами, которые можно было бы решить, используя те же средства в Екатеринбурге. 
МБ: Просто, Джеффри, Вам не рассказали. У нас не хватает денег на строительство второй ветки метрополитена. И мы ищем какие-то новые пути, что бы нам построить, чтобы нам стало всем легче жить. 
ДС: Я должен, конечно, прежде чем выносить какой-то вердикт, больше данных рассмотреть и проанализировать. Возможно вообще канатная дорога небольшой пассажиропоток способна охватить. Мы так называем её транспорт-бутик. И, конечно, в сравнении с метро или другими видами общественного транспорта по пассажиропотоку она в сравнении не идёт. Не считаю, что это хорошая замена метро или электрическим автобусам, которые у вас уже есть. 
МБ: Мы говорили о центре Екатеринбурга и я не спросила не то чтобы о главном, но о том, что будоражит умы екатеринбуржцев – это не только парковка на Площади 1905 года, а Памятник Ленина на Площади 1905 года. Убирать или нет, с Вашей точки зрения?
ДС: В США недавно были дебаты относительно памятников солдатам конфедерацкой армии и это вызвало ряд вопросов о том, насколько мы должны чтить и поминать нашу собственную историю. Точка зрения Американской ассоциации планирования – то, что есть это история. История меняется, но мы не должны как-то пытаться её подчищать или менять событие одно на другое. Мы должны оставить всё как есть и интерпретировать его в контексте уже настоящего. В Балтиморе, например, имеется большое историческое наследие – там стояли памятники, которым было более трехсот лет и за несколько поколений, буквально два или три поколения, люди забыли, кто были эти люди, которым установлены эти памятники. И власти Балтимора взяли и переместили эти памятники в парк. То есть они их сохранили, они вместо них поставили какой-то другой монумент, более адекватный и релевантный нашему времени, но тем не менее, они сохранили эту связь времён. 
МБ: Тогда мы переходим плавно к теме исторического наследия. Вы в первой части программы похвалили некий сумбур, что у нас очень разные здания в том числе, есть и новодел, и стекляшки, есть и старинные здания, которые ещё сохранились. А Ваш глаз не раздражает это слишком явное разнообразие? 
ДС: Разнообразие стилей – это необязательно плохо. Нужно как-то их соединить, городская среда способна соединить их в воедино. В Вашингтоне тоже много памятников разных времён. Что мы сделали? Мы построили общественную среду, общественное пространство. Мы сажали деревья, мы строили скамеечки, устанавливали фонари. Мы делали всё, чтобы людям было комфортно и это объединяет – именно среда. Ещё хочется порекомендовать, чтобы город вышел немножко на другой уровень планирования. Отойти от плана, помимо плана иметь какие-то руководящие принципы, стратегические принципы планирования города.
МБ: Чувствуется, что их нет?
ДС: Не могу сказать сразу. Но такое впечатление имеется. Что есть проблемы разной высотности. Высокие дома соседствуют с низкими и т.д. Какое-то здание может быть более в глубине улицы, а какое-то наезжать буквально на тротуар. Какое-то хаотичное впечатление создаётся. Если эти руководящие принципы есть, то они такое впечатление, что не соблюдаются. 
МБ: Слышали ли Вы о скандале вокруг Свердловской филармонии? Проект нового здания предлагает бюро Захи Хадид. И многие говорят, что на маленькой улице Карла Либкнехта просто не встанет это огромное здание. Как Вы считаете, насколько уместно, какие-то суперсовременные проекты здесь в таком центре Екатеринбурга, который пока, такой достаточно кулуарный. 
ДС: Как раз недавно, буквально сегодня, на лекции студентам Архитектурного университета я рассказывал о том, что тенденция прослеживается во многих городах, когда мэры стремятся строить некие знаковые сооружения приглашая звёздных архитекторов и целью у них являются казаться более современными, либо просто прославиться, оставить себе след в истории, но, на самом деле, я считаю неверной тактикой. Возьмём, например, Пекин. Этот город с тысячелетней историей и тем не менее власти Пекина считают, что они недостаточно современны без ультрасовременного оперного театра. Это здание было построено буквально вплотную к знаменитому запретному городу и оно никому не нравится. Здесь я вижу некий психологический прессинг, который ощущает Глава города и какая-то неуверенность. Я думаю, что с ним надо просто поговорить и рассказать, что не нужно испытывать неуверенность в Екатеринбурге. В нём есть много хорошего. Этот город представляет собой то, что он представляет. Поэтому не стоит пытаться добавить в неё какое-то сооружение, которое будет искусственным и которое в конце концов все возненавидят.
МБ: Нет, Джеффри, здесь, конечно, дело далеко не только в Главе Екатеринбурга, но это уже другая тема. Здесь нужна понять: в чём главная проблема пространства в нашем городе?
ДС: Я бы сказал, что в Екатеринбурге я наблюдаю такие кластеры общественных пространств. Возможно, стоит строить больше более маленьких общественных пространств. Далее, я считаю, что надо заниматься вопросами пространства на уровне улиц. Но тут опять-таки я не знаю в вопросах землепользования. Возможно где-то нужно больше жилья, а где-то больше магазинов и т.д.
МБ: Поскольку Вы были и в Перми, и в Челябинске, теперь вот в Екатеринбурге, Вы можете определить какую-то архитектурную или инфраструктурную особенность Екатеринбурга, которой, возможно, нет у других городов?
ДС: Трудно сказать по уровню планирования, но я слышу, что люди обсуждают общественные пространства – парки, набережную Плотинки. И могу сделать вывод, пусть может быть не планирование, но общественная дискуссия об этом планировании находится на более высоком уровне.
МБ: Я знаю, что Вы консультировали чиновников и в Америке, и в Китае по своему профилю. Как Вы считаете, нужно учитывать мнение общественности, то есть не профессионалов, при обустройстве городского пространства? 
ДС: Основная превалирующая идея, в Америке по крайней мере, состоит в том, что чем больше идей у вас, касающихся и бизнеса, и культуры, и даже с точки зрения туризма, тем лучше и эффективнее становится городское планирование. Раньше мы этого мнения не учитывали. В результате сделали немало ошибок. Сейчас мы начали учитывать мнения разных групп и, соответственно, наши города стали лучше. Люди, живущие в месте конкретно, в тонкостях знают всё о том месте, где они живут. Они знают вещи, которые могут упустить профессионалы. Хотя они и не сведущи в каких-то профессиональных областях, зато они знают, что тут есть какой-то приятный парк, что тут какая-то очень уютная улочка. И вот когда эти индивидуальные моменты интегрируются в общее планирование тогда и получаются лучшие результаты.
МБ: Джеффри, Вы приехали читать лекции. Но если бы вдруг, Администрация Екатеринбурга ангажировала бы Вас в качестве Советника по благоустройству нашего города. Вы бы согласились? 
ДС: Я делал это неоднократно. И я был бы просто счастлив, если бы Администрация пригласила меня в качестве консультанта. Я с удовольствием принял бы участие в разработке нового генплана, который насколько я понимаю, сейчас как раз разрабатывается. 
 
СМИ2
Ягуар
Баннер
Диал
Налоговый консультант
Рынок недвижимости с Александром Дмитриевым
Отправить новость
ФИО *
E-mail *
Текст новости *
* поля, обязательные для заполнения
Написать письмо
Адресат *
ФИО *
E-mail *
Телефон *
Текст письма *
* поля, обязательные для заполнения
Отправить резюме
Адресат *
ФИО *
E-mail *
Телефон *
Текст письма *
* поля, обязательные для заполнения
Подписаться на новости
ФИО *
E-mail *
* поля, обязательные для заполнения
Задать вопрос
ФИО *
E-mail *
Текст вопроса *
* поля обязательные для заполнения
Задать вопрос
ФИО *
E-mail *
Текст вопроса *
* поля, обязательные для заполнения
Заявка на рекламную кампанию
Контактное лицо *
Компания *
E-mail *
Телефон *
Дополнительные сведения
* поля, обязательные для заполнения